Форум » Персональные ветки » Особенности дореволюционной статистики » Ответить

Особенности дореволюционной статистики

Энциклоп: «Въ изданияхъ Центральнаго Статистическаго Комитета умершие распределяются по вероисповеданиямъ, губерниямъ, городамъ, полу и однолетнимъ возрастнымъ группамъ до возраста 80 летъ; съ 80 леть до 100 летъ умершие группируются по 5-летнимъ группамъ, умершие же въ возрасте 100 летъ и выше соединяются въ одну группу. Такое возрастное подразделение принято съ 1884 года; до этого года умершие въ возрасте выше 80 летъ распределялись по 5-летнимъ группамъ до возраста 125 летъ. Опубликованныя Центральнымъ Статиcтическимъ Комитетомъ сведения заканчиваются 1908 годом, отчетныя данныя о которомъ изданы въ 1915 году. Данных относительно Царства Польскаго но подробной программе вовсе не собираются и не опубликовываются; Варшавский Статистически Комитетъ периодически печатаетъ лишь обшия данныя о числе родившихея и умершихъ въ отдельныхъ польскихъ губернияхъ, безъ распределена умершихъ по возрасту. Кроме того Управлеше Главнаго Врачебнаго Инспектора М-ва Внутреннихъ Делъ ежегодно опубликовываетъ въ издаваемых съ 1876 года «Отчетахъ о состоянии народнаго здравия въ России» общие цифры родившихся и умершихъ, безъ распределения последнихъ по возрасту, во всехъ губернияхъ и областяхъ России, включая Царство Польское, Кавказъ, Сибирь и Среднюю Азш. Въ 1915 году вышел отчетъ Управления, содержаний данныя за 1913 годъ. Такимъ образомъ, общие данныя о числе умершихъ всехъ вероисповеданий во всей Империи, но безъ распределения умершихъ по возрасту, имеются только въ изданияхъ Управления Главнаго Врачебнаго Инспектора. Данныя объ умершихъ во всей Империи, распределенныхъ по 5-летнимъ возрастнымъ группамъ, но только для православнаго населения имеются въ Отчетахъ Оберъ-Прокурора Св. Синода; наконецъ, данныя объ умершихъ всехъ вероисповеданий съ разделениемъ по однолетнимъ возрастнымъ группамъ, но только для 50 губерний Европейской России, имеются въ изданияхъ Центральнаго Статистическаго Комитета. Обращаясь къ краткой оценке имеющихся материаловъ объ умершихъ, целесообразно разсмотреть эти данныя, во первыхъ, съ точки зрения полноты первоначальныхъ источниковъ, т. е. метрикъ, и, во вторыхъ, съ точки зрения существующей системы собирания и сводки этихъ материаловъ. Общий недостатокъ метрическихъ книгъ въ России тотъ, что она, какъ и везде, где ведутся духовенствомъ, представляютъ регистрами церковныхъ обрядовъ, совершаемыхъ надъ умершими, родившимися и вступающими въ бракъ, но не регистрация умершихъ, родившихся и браковъ. Если въ отношении браковъ задачи регистрами, при отсутствии въ России легализированнаго института гражданскихъ браковъ, въ обоихъ случаяхъ одинаковы, т. е. число браковъ соответствуешь числу совершенныхъ обрядовъ венчании, то этого нельзя сказать относительно родившихся и умершихъ; число родившихся въ среде православнаго, католического и лютеранскаго населения можетъ не соответствовать числу совершенныхъ обрядовъ крещения, т. к. напр., не получаютъ крещения мертворожденные, а также родившиеся и умершие вскоре после рождения некрещеными; таковые могутъ не попадать въ метрики о родившихся; у евреевъ не попадаютъ въ метрики родившиеся мальчики, умершие до производства обряда обрезания. Съ другой стороны, въ хрисианския метрики, наряду съ родившимися, заносятся и случаи крещения взрослыхъ евреевъ, магометанъ и язычниковъ, и при выборке данныхъ о родившихся легко сделать ошибку и посчитать этихъ лицъ за новорожденныхъ младенцевъ. Въ метрическия книги объ умершихъ у православныхъ могутъ не попадать младенцы, умершие до крещения, надъ которыми не полагается совершать погребения по обряду православной церкви, самоубийцы, какъ лишаюшиеся христанскаго погребения. Отдельныя консистории неоднократно объявляли къ сведению духовенства епарх, что умершихъ до крещешя младенцевъ следуетъ записывать въ метрическия книги и притомъ какъ въ книгу о родившихся, такъ и въ книгу объ умершихъ съ соответственными отметками, равнымъ образомъ неоднократно объявлялось, что следуеть заносить въ метрики и лишенныхъ христианскаго погребения самоубийцъ, съ обозначениемъ, что они похоронены безъ отпевания. Однако, на практике это, по-видимому, исполняется далеко не всеми причтами. Въ отношении записи въ православный метрические книги мертворожденныхъ до сего времени не имеется общихъ синодскихъ указаний. По военно-духовному ведомству прямо запрещается вносить мертворожденныхъ въ метрики; наоборотъ, отдельные церковные авторитеты настойчиво рекомендуютъ внесете въ метричесыя книги мертворожденныхъ и притомъ только въ книгу о родившихся. У лютеранъ, согласно закону (ст. 892 и 898 т. IX, изд. 1899 г.), мертворожденные должны заноситься въ списокъ погребаемыхъ, въ особой графе. На практике, однако, статистики мертворожденныхъ въ России почти не существуетъ. Въ отчете, напр. о движении населения въ Европейской России за 1904- г. мертворожденные показаны только въ 33 губернияхъ, но и эти данныя лишены какого-бы то ни было значения, т. к., при общемъ числе 3.252.064 родившихся въ этихъ 33 губернияхъ, число мертворожденныхъ показано всего 16.611, т. е. 0,5% — цифра совершенно неправдоподобная. Въ отношении умершихъ и родившихся метрическия книги особенно неполны въ техъ губернияхъ или епархияхъ, где население очень разбросано, и приходы чрезвычайно растянуты, какъ, напр., въ Сибири, где нередко yмepшиe вынужденно хоронятся безъ участия духовенства, что особенно относшся къ детямъ, умирающимъ некрещеными, которыя, такимъ образомъ, не попадаютъ ни въ число родившихся, ни въ число умершихъ. Резюмируя изложенное, специально въ отношении умершихъ, можно сказать, что имеющиеся въ метрическихъ книгахъ материалы наиболее полны въ отношение умершихъ христаанскихъ Bероисповеданий въ Европейской Росии; достаточно удовлетворительны и материалы относительно магометанъ Европейской России (татаръ и башкировъ). Значительно худшими являются материалы относительно христсанскихъ вероисповеданий Азиатской России; весьма плохи данныя относительно евреевъ, раскольни-ковъ и сектантовъ, какъ въ Европейской, такъ и въ Азиатской России, и, наконецъ, совершенно неудовлетворительны материалы, касаюппеся маго-метанскаго и языческаго населения Азиатской России.» Источник: С.А. Новосельский "Смертность и продолжительность жизни в России" ПЕТРОГРАД. Типография Министерства Внутренних Дел. 1916 г. Из этого текста очевидным образом следует, что дореволюционная статистика страдает неполнотой сведений и недоучетом. По теме: уточнения, дополнения, дискуссии по теме приветствуются. Оффтоп и флейм - нет.

Ответов - 12

Hoax: Ни в коем случае не желая умалить вашего вывода, хотел бы осведомиться -- а какая статистика не страдает неполнотой сведений и недоучётом?

учитель: Тут дело не недоучете, а в очередной бессмысленной попытке подколоть.

Энциклоп: Hoax пишет: Ни в коем случае не желая умалить вашего вывода, хотел бы осведомиться -- а какая статистика не страдает неполнотой сведений и недоучётом? Нет идеальной статистики. Просто данный текст свидетельствует что отсутствие специально заточенной службы типа ЗАГСа делает дореволюционную статистику очень и очень приблизительной.

Энциклоп: учитель пишет: Тут дело не недоучете, а в очередной бессмысленной попытке подколоть. В каком месте вы увидели попытку подколоть? Лично я вижу "попытку подколоть" и устроить оффтоп в вашей реакции.

учитель: Ну видьте дальше.

Hoax: Энциклоп пишет: Нет идеальной статистики. Просто данный текст свидетельствует что отсутствие специально заточенной службы типа ЗАГСа делает дореволюционную статистику очень и очень приблизительной. Ну, раз засвидетельствовать сиё было единственной целью открытия вами ветки, то её функция исчерпана, ветка закрыта.

Hoax: Ветку открыл в связи с созданием нового раздела. Экспериментального.

Энциклоп: Hoax пишет: Ветку открыл в связи с созданием нового раздела. Экспериментального. Спасибо. Особенности дореволюционной статистики в разделении всего населения РИ на сельское и городское: В вопросе распределения всего населения на сельское и городское для довоенного времени основные трудности заключаются не только в недостаточности и отсутствии сплошности статистического материала, а также в его значительной недоброкачественности, но и в том, что, по существу, самое понятие «города» в условиях российской действительности сплошь и рядом подвергалось произвольным изменениям даже по отдельным губерниям. Официально в довоенное время под городом разумелись населенные места, самоуправлявшиеся на основе городового положения избранными городскими управами и обладавшие правом обложения на нужды своего благоустройства оценочным сбором всех лиц, согласно установленному цензу имеющих избирательные права в означенные самоуправления. Царское правительство в лице Государственного совета, разрешавшего в окончательной форме все административно-территориальные вопросы по представлению губернских присутствий, считало расширение такого типа самоуправляющихся единиц большим злом по политическим соображениям и неохотно шло на утверждение соответствующих ходатайств. С другой стороны, поскольку городовое положение создавало для «цензовой части» населения соответствующих населенных мест добавочные налоги в виде оценочного сбора, отчислений в пользу города с привозимых грузов, с патентного сбора и т. д., она сама также противилась обычно переводу своих населенных мест на положение городов. Боясь этих налогов, сельские общества, как правило, не возбуждали ходатайств о таком преобразовании своих поселений, и обычно инициатива в этом отношении принадлежала уездным земским управам, добивавшимся в интересах народного хозяйства всей территории, находившейся в их ведении, преобразования того или иного торгового центра в город. В отношении же фабрично-заводских поселков оказывались бессильными и уездные земские управы, ибо в этих поселках интересы заводчиков, также не желавших излишних обложений на свои доходы и имущества, являлись наибольшим препятствием к введению городового положения. Вследствие этого многие из такого рода населенных мест, фактически, по всем признакам основных занятий населения, по торговым оборотам и т. д, принадлежавших к типу поселений не сельского, а городского типа, как, например, Котлас, в Вологодской губернии, Ижевский «завод», в Пермской губернии, с. Иваново и с. Кохма, ныне города Иваново-вознесенской области^ станицы Армавир, Прикумск, Каменская и т. д., на Северном Кавказе, немецкая колония Сарепта, ныне центр АССР немцев Поволжья г. Марксштадт, фабричные поселки Юзовка, в Донбассе, или Сормово, под Нижним-Новгородом, и т. д., в царское время оставались на положении сельских местностей и не описывались при городских переписях. При этом необходимо помнить, что и те города, которые вполне отвечали формальным признакам этого понятия как города, описывались лишь в пределах узаконенной городской черты, и каждое расширение последней за счет прилегающих к городам слобод, дачных местностей, пригородов и проч. требовало специального утверждения правительственных инстанций, довольно туго шедших на это. При переписи 1897 г., когда были переписаны все населенные места-, Центральный статистический комитет, уже в порядке разработки данных этой переписи, решил при разбивке населения на городское и сельское не придерживаться строго границ юродской черты, включив в число населения формальных городов также № население пригородных слобод и поселения, связанные с территорией городской черты сплошностью застройки. Источник. Е.З. Волков Динамика народонаселения СССР за восемьдесят лет Из выше сказанного следует, что процент городского населения в РИ был несколько занижен.

Madmax1975: Энциклоп пишет: процент городского населения в РИ был несколько занижен А в цифрах это "несколько" выразить можно? Ваша оценка?

Энциклоп: Madmax1975 пишет: А в цифрах это "несколько" выразить можно? Ваша оценка?

Энциклоп: Еще один характерный штрих: Выделено красным. Большое число 70, 80 и 90-летних означает, что люди не знали точно свой возраст и на вопрос "сколько им лет?" отвечали приблизительно: 70, 80 или 90 лет.

Энциклоп: Я ранее уже писал об особенностях дореволюционной демографии, о ее сомнительной точности. Теперь тоже самое можно говорить о статистике учета самого главного богатства того времени: урожая зерновых. Вот характерный момент: Взято из "К критике русской урожайной статистики. Опыт анализа некоторых оффициальных и земских текущих данных". Иванцов Дмитрий Николаевич. Петроград. Типография Киршбаума (отделение). 1915 г.



полная версия страницы