Форум » Книги » Архив Дирксена » Ответить

Архив Дирксена

Закорецкий: Мне в руки попал 2-й том "Документов и материалов кануна Второй мировой войны. Архив Дирксена". Издание 1948 г. Дело в том, что на "Милитере" есть 2-ое издание как бы этой книги 1981 г. Но там документы 1-го тома разнесли на 2 тома, а "Архив Дирксена" вообще не напечатали. Кто не знает - Дирксен был немецким послом в Британии в 1938-1939 гг. Я пытался найти электронный вариант, не нашел (только упоминания). А между прочим, у него есть уточнения, про что велись переговоры между Англией и Германией летом 1939 г. Есть мысль отсканить. Или кто-то знает и имеет электронный вариант?

Ответов - 10

Закорецкий: Некоторые цитаты из 29-го документа. ============================== № 29 ОБЗОРНАЯ ЗАПИСКА ГЕРМАНСКОГО ПОСЛА В ЛОНДОНЕ ДИРКСЕНА Секретно. ЗАПИСКА О РАЗВИТИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИИ МЕЖДУ ГЕРМАНИЕЙ И АНГЛИЕЙ ЗА ВРЕМЯ МОЕГО СЛУЖЕБНОГО ПРЕБЫВАНИЯ В ЛОНДОНЕ май 1938 — август 1939 г.

Закорецкий: ... В связи с этим или по случайному совпадению вылились в позитивные действия уже упомянутые выше конструктивные тенденции в британском правительстве, которое, взамен негативизма фронта окружения, стремилось посредством переговоров с Германией достигнуть соглашения с нею. С этой целью обратились к приехавшему в Лондон для переговоров штаатсрату Вольтату, который ещё до этого завязал хорошие отношения с соответствующими лицами и, действуя в качестве экономического особоуполномоченного по 4-летнему плану, мог подчеркнуть экономическую сторону переговоров. Инициатива исходила от сэра Горация Вильсона, ближайшего сотрудника и советника Чемберлена. Когда г-н Вольтат находился в Лондоне в июле для участия в китоловных переговорах, Вильсон пригласил его для беседы, во время которой он, на основе подготовленных заметок, развил программу широкого урегулирования англо-германских отношений. Программа предусматривала соглашения политического, военного и экономического характера. В политической сфере предусматривался пакт о ненападении, заключающий отказ от принципа агрессии. Сокровенная цель этого договора заключалась в том, чтобы дать возможность англичанам постепенно отделаться от своих обязательств в отношении Польши на том основании, что они этим договором установили бы отказ Германии от методов агрессии. /215/ Затем должен был быть заключён договор о невмешательстве, который служил бы до некоторой степени маскировкой' для разграничения сфер интересов великих держав. В военном отношении были предусмотрены переговоры о заключении соглашения об ограничении вооружений на суше, на море и в воздухе. В экономической сфере были сделаны предложения широкого масштаба: предусматривались переговоры по колониальным вопросам, об обеспечении Германии сырьём, о разграничении индустриальных рынков, по международным долгам, по применению клаузулы о наибольшем благоприятствовании. Основная мысль этих предложений, как объяснил сэр Гораций Вильсон, заключалась в том, чтобы поднять и разрешить вопросы столь крупного значения, что зашедшие в тупик ближневосточные вопросы, как данцигский и польский, отодвинулись бы на задний план и могли бы тогда быть урегулированы между Германией и Польшей непосредственно. Значение предложений Вильсона было доказано тем, что Вильсон предложил Вольтату получить личное подтверждение их от Чемберлена, кабинет которого находится недалеко от кабинета Вильсона. Однако Вольтат уклонился от этого, чтобы не нарушить неофициального характера своей миссии. Министр внешней торговли Хадсон также просил г-на Вольтата, через посредство норвежского деле- ========= 1 В оригинале: «Deckblatt». /216/ гата на китоловной конференции, встретиться с ним для беседы. Посоветовавшись со мной, г-н Вольтат удовлетворил его желание. В продолжительной беседе Хадсон развил мысль об англо-германском экономическом сотрудничестве в области внешней торговли. Он указал на то, что перед обоими народами находятся три обширные области ', представляющие необъятное поприще для экономической деятельности: английская империя 2, Китай и Россия. О них возможны соглашения, так же как и о других странах; на Балканах Англия не имеет никаких экономических притязаний. Говорилось и о финансовых вопросах. Однако не было речи о предоставлении Германии займа для перестройки военной экономики на мирную. Г-н Вольтат вынес впечатление, что Хадсон хорошо знаком с этими вопросами и является человеком смелых комбинаций. После беседы с Хадсоном штаатсрат Вольтат имел второе собеседование с Вильсоном, во время которого Вольтат получил подтверждение хадсоновских предложений. Факт беседы Вольтат — Хадсон, вследствие нескромности последнего, стал известен прессе, был представлен ею сенсационным образом и был поставлен в связь со слухами, циркулировавшими в последние дни в Сити и на Флит-стрит, о предоставлении Англией Германии займа в 1 миллиард фунтов =========== 1 В оригинале: «Gebiete». 2 В оригинале: «Das englische Empire». /217/ стерлингов для перевода германской экономики на мирное положение. По этому поводу Хадсон сделал в воскресных газетах бестактные и ещё более взбудораживающие разъяснения. Жажда сенсации и в этом случае присоединилась к желанию известных английских кругов душить в зародыше всякий проблеск возможности соглашения. Однако атмосфера не слишком ухудшилась, и продолжение собеседований не стало невозможным, ибо переговоры Вильсон — Вольтат остались неизвестными прессе, а английская нескромность была принята в Берлине сравнительно хладнокровно. Через несколько дней после отъезда г-на Вольтата известный умеренный политик лейбористской партии Чарльз Роден Бакстон посетил советника посольства Кордта и развил перед ним в более законченной форме мысли, которые находились в несомненном родстве с предложениями, изложенными сэром Горацием Вильсоном; Бакстон лишь сильнее подчёркивал политическую сторону англо-германского примирения, чем экономическую. Бакстон считал необходимым возвращение к методу тайной дипломатии, так как народы [по его словам] столь возбуждены и атмосфера столь сгустилась, что публичные' государственных деятелей принесли бы больше зла, чем блага. Посредством тайных переговоров должно быть подготовлено политическое соглашение, как это было в 1904 г. при заключении ============ 1 В оригинале в этой фразе, очевидно, пропущено слово «выступления» либо же — «переговоры». /218/ Антанты с Францией или в 1907 г. при заключении Антанты с Россией. (Тот факт, что Чемберлен в это самое время в палате общин упомянул о продолжительном времени, которое потребовалось для заключения Антанты с Францией и Россией, говорит за то, что Бакстон, видимо, обсудил свой план с официальными лицами или даже, быть может, был ими инспирирован). Англия стоит теперь, — так говорил далее Бакстон, — перед теми же проблемами, что и тогда; тогда дело шло о разграничении жизненных пространств и сфер интересов с Францией и с Россией. Великобритания, таким образом, обещала бы уважать германские сферы интересов в восточной и юго-восточной Европе. Следствием этого было бы то, что Англия отказалась бы от гарантий, данных ею некоторым государствам, находящимся в германской сфере интересов. Далее, Великобритания воздействовала бы на Францию в том смысле, чтобы Франция уничтожила свой союз с Советским Союзом и свои обязательства в юго-восточной Европе. Свои переговоры о пакте с Советским Союзом Англия также прекратила бы. Германия же должна была бы объявить о своей готовности к европейскому сотрудничеству и согласиться на всеобщее сокращение вооружений. Об этом разговоре, точно так же, как, разумеется, и о беседе с сэром Горацием Вильсоном, был представлен отчёт министерству иностранных дел. Напоминания относительно приступа к примирительной акции с английской стороны продолжались в последующие дни и были переведены на официаль- /219/ ные рельсы. Ввиду того, что моя беседа с г-ном Батлером не состоялась до начала наших обоюдных отпусков вследствие преждевременного отъезда Батлера, г-н Батлер передал мне через г-на Кордта, что сэр Гораций Вильсон желает говорить со мной. Чтобы не привлечь ничьего внимания, я посетил Вильсона 3 августа на его частной квартире и имел с ним почти двухчасовой разговор. В основных чертах беседа эта протекала в тех же рамках, что и беседы Вольтата. Я придавал значение тому, чтобы получить от него подтверждение предложений, которые он сделал Вольтату. Вильсон это и сделал, так что аутентичность проекта не подлежит сомнению. Для меня особенно важно было выяснить взаимоотношение между вильсоновскими предложениями и английской политикой окружения. И по этому пункту Вильсон подтвердил мне ещё более ясным образом, чем Вольтату, что с заключением англогерманской антанты английская гарантийная политика будет фактически ликвидирована. Соглашение с Германией предоставит Англии возможность получить свободу в отношении Польши на том основании, что соглашение о ненападении защитит Польшу от германского нападения; таким образом, Англия освободилась бы начисто от своих обязательств. Тогда Польша была бы, так сказать, оставлена в одиночестве лицом к лицу с Германией. По моему настоянию, сэром Горацием Вильсоном был разъяснён также и вопрос, каким образом, ввиду разжигания английского общественного мне- /220/

Закорецкий: ния, следует вести переговоры и спасти их от судьбы переговоров с Вольтатом. Он без обиняков признал, что Чемберлен сильно рискует, вступая на этот путь, и подвергает себя опасности падения. При большой ловкости и строгой секретности можно было бы обойти этот подводный камень. Но английское правительство должно иметь уверенность в том, что его инициатива встречает такую же готовность с немецкой стороны. Не имело бы никакого смысла начинать переговоры, если бы предстоял новый кризис. Поэтому английское правительство хотело бы знать, как принял фюрер вольтатовский отчёт; предвидит ли он на ближайшие месяцы спокойный период для переговоров и, наконец, склонен ли он со своей стороны проявить готовность к переговорам путём ли публичного заявления или доверительным путём. Во всяком случае, для английского правительства было бы большим разочарованием, если бы с нашей стороны не было ответа на английскую инициативу. И тогда катастрофа осталась бы единственной альтернативой. Я возражал на некоторые слишком обличительные суждения Вильсона, как, например, об атмосфере недоверия после Праги, об односторонних военных приготовлениях Германии. Вообще же я больше слушал, чем говорил, к чему меня обязывало хотя бы уже то, что у меня не было никаких данных относительно того, как был принят отчёт Вольтата о его лондонских беседах руководящими германскими инстанциями. Мне было лишь известно из личной /221/ телеграммы рейхсминистра иностранных дел, запросившего о содержании политических переговоров Вольтата, и из телеграммы статс-секретаря, что отчёт Вольтата был препровождён фельдмаршалом Герингом рейхсминистру иностранных дел. 7). Оценка демарша Горация Вильсона. Рассматривая политику английского правительства летом 1939 г., вылившуюся в демарш сэра Горация Вильсона, становится ясным, что чем дальше, тем всё более усиливалась реакция против поспешно начатой, опасной и легкомысленной политики окружения. Повидимому, одновременно с непрерывно увеличивающимся разочарованием по поводу переговоров с Россией усиливалась тенденция к конструктивной политике в отношении Германии, которая воплотилась в предложениях Чемберлена — Вильсона штаатсрату Вольтату и мне. Чемберлен, как объясняют его сторонники занятую им внутриполитическую позицию, вынужден был уступить натиску общественного мнения, твёрдо веря, что вскоре оно образумится. Затем он решил, что пришло время, чтобы овладеть общественным мнением и направить его по намеченному им пути, т. е. поступить так же, как он поступил в абиссинском деле. Таким образом, теперь он захотел использовать разочарование политической общественности в отношении России для того, чтобы снова взять курс на соглашение с Германией. Невероятные трудности, с которыми такое начинание столкнулось бы в Англии, мною уже отме- /222/ чены: блокирование всех возможностей вести переговоры вследствие английских заявлений о Данциге и разжигание общественного мнения. С другой стороны, следует подчеркнуть, что в предложениях сэра Горация Вильсона эти трудности были учтены (сравнение с заключением Антанты в 1904 и 1907 гг.; секретность переговоров) и содержались осуществимые, или, по крайней мере, достойные попытки их осуществить, возможности. Позиция Чемберлена была, во всяком случае, достаточно прочной, чтобы, при данных обстоятельствах, осуществить его план. Влиятельные лица указывали неоднократно мне на то, что избиратели стоят за Чемберлена независимо от того, выступит ли он перед ними с лозунгом «война» или «мир». Эта констатация была, безусловно, правильной. Для значения, которое придавали Чемберлен и Вильсон своим предложениям, характерно то, что Чемберлен был готов подтвердить их Вольтату и что Вильсон, кроме того, настойчиво подчёркивал то большое значение, которое придаёт английское правительство германскому ответу, и считал, что альтернатива будет заключаться в том, чтобы скатиться к войне '. Трагедией и решающим моментом в возникновении новой англо-германской войны следует считать то, что Германия требовала для себя равного места мировой державы рядом с Англией, и Англия в принципе была готова согласиться на это. Но в то ========= 1 В оригинале: «Hineingleiten in einen Krieg». /223/ время как Германия требовала немедленного, всеобъемлющего и недвусмысленного осуществления своих требований, Англия, хотя и была готова отказаться от своих обязательств на востоке, а тем самым и от политики окружения, равно как соглашалась предоставить Германии преобладающее положение на востоке и юго-востоке Европы и приступить к переговорам о полноценном сотрудничестве с Германией в мировом масштабе1, — но с тем, что всё это должно быть достигнуто путём переговоров и постепенного2 изменения английской политики. Это изменение должно было быть осуществлено в течение месяцев, а не дней или недель. Далее, с точки зрения техники и атмосферы переговоров, дальнейшие затруднения были вызваны тем, что [как раз] в тот период, когда англичане были готовы вести эти переговоры и делать уступки, до переговоров дело не дошло; имеется в виду период от Мюнхена до Праги (исключая период антиеврейских демонстраций в Германии в ноябре м-це). После Праги наступил общеизвестный крутой поворот в английской политике, а также во внутреннем отношении каждого англичанина к Германии. Политика окружения стояла на первом плане. Когда же в июльской акции Чемберлена и Вильсона снова проявились примирительные тенденции, то европейская атмосфера была сильно насыщена электричеством. Проверка опытом, не могло ли это предло- ========= 1 В оригинале: «weltpolitische Partnerschafb. 2 Подчёркнуто в оригинале. /224/ жение привести к мирному исходу, — не была сделана. 8). Отношение Берлина к английскому предложению о переговорах. Через неделю, после беседы с сэром Горацием Вильсоном, я уехал из Лондона. Ещё в июле я выразил желание приехать в середине августа в Берлин для доклада и остаться в Германии до съезда партии. Рейхсминистр иностранных дел удовлетворил мою просьбу. Как мне позже стало известно, мне было бы предложено попросить отпуск, если бы я этого не сделал сам; так было с послом в Париже графом Вельчеком. В понедельник 13 августа я прибыл в Берлин. За день до этого закончились переговоры с графом Чиано в Фушле и в Оберзальцберге. Я попросил дежурных чиновников канцелярии министра доложить о моём прибытии рейхсминистру иностранных дел и узнать, должен ли я явиться к нему с докладом в Фушлъ и, если должен, то когда. В течение следующих дней на мои запросы мне отвечали, что по интересующему меня вопросу не получено никаких указаний от рейхсминистра иностранных дел. Я спрашивал также статс-секретаря фон Вейцзекера, когда я могу явиться для доклада в Фушль. Г-н фон Вейцзекер обещал мне ещё специально написать рейхсминистру иностранных дел о приёме меня для доклада; позднее он прочитал мне отрывок из своего письма рейхсминистру иностранных дел, кратко излагавший то, что я говорил статс-секретарю, в особенности относительно позиции Англии в случае германо-польской войны. /225/ В эти же дни мне неоднократно говорили в Берлине, что рейхсминистр иностранных дел убеждён, что в случае германо-польской войны Англия не выступит на стороне Польши. Далее я узнал, что донесение г-на Вольтата о его лондонских беседах воспринимается и рассматривается скорее в качестве общей картины настроения. Моё же донесение о беседе с сэром Горацием Вильсоном ' было принято как дальнейшее свидетельство слабости Англии. Ответа от рейхсминистра иностранных дел на моё обращение не последовало. Было ясно, что он не имеет времени или желания выслушать мой доклад, т. е. точно так же, как это было во время мартовского кризиса, когда я был вызван для доклада в Берлин и затем не был принят. Так как я чувствовал тяжесть лежащей на мне ответственности и не имел возможности сделать устный доклад, то я решил показать в короткой памятной записке 2, какую позицию займёт Англия в случае германо-польской войны. Я указал на то, что польский вопрос сам по себе не является решающим для Англии, но что решающим является стремление воспрепятствовать одностороннему расширению могущества Германии на континенте. Если даже Англия и не обязана автоматически вмешаться в германо-польский конфликт, то всё же следует считать её вмешательство против нас в высшей степени вероятным. Эту памятную ====== 1 См. выше, док. № 24. 2 См. выше, док. № 27. /226/ записку я переслал 18 августа заказным письмом статс-секретарю с просьбой о передаче её рейхсминистру иностранных дел, что и было исполнено (1). Я просил и получил от статс-секретаря разрешение остаться до дальнейших распоряжений в Гредицберге. 16 августа я выехал сюда, где и занялся составлением упомянутой памятной записки. Однако мои услуги в дальнейшем не потребовались. Гредицберг, сентябрь 1939 г. Фон ДИРКСЕН Постскриптум. Я составил эту записку потому, что считал себя обязанным письменно изложить, как развивались англо-германские отношения во время моего пребывания в Лондоне на случай, если когда-нибудь впоследствии возникло бы желание собрать весь имеющийся материал по этому вопросу. Эту обязанность я ощущал тем сильнее, что незадолго до возникновения войны все важнейшие бумаги посольства в Лондоне должны были быть сожжены; донесения же министерству иностранных дел не содержали некоторых подробностей. Настоящая записка была составлена по памяти, без помощи документов. Фон ДИРКСЕН (2) ========= 1 В архиве Дирксена сохранилась квитанция почтовой конторы, свидетельствующая об отправке 18 августа заказного письма в адрес Вейцзекера. 2 Собственноручная подпись Дирксена.

marat: Закорецкий пишет: Мне в руки попал 2-й том "Документов и материалов кануна Второй мировой войны. Архив Дирксена". Издание 1948 г. Да я обладатель раритета. ))) В смысле печатного, не электронного.

Закорецкий: Как оказалось, документы Дирксена во 2-м издании двухтомника "Документов кануна...." в 1981 г. были размещены внутри общего списка документов. У меня возникло сомнение в полезности электронной копии именно отдельного "Архива Дирксена", однако там есть и его "другие" письма, в частности, интересное письмо из Москвы 1931 г. В конечном итоге, я продолжил обрабатывать том и выложил на адресе: http://zhistory.org.ua/dirksen.htm

SVH: Закорецкий пишет: В конечном итоге, я продолжил обрабатывать том и выложил на адресе: Любопытно было бы узнать Ваше мнение,коллега, по поводу отсутствия документов за период от 17 декабря 1938-го по 10 июля 1939-го.

Закорецкий: SVH пишет: по поводу отсутствия документов за период от 17 декабря 1938-го по 10 июля 1939-го. Вообще-то я не задумывался. Для контроля вчитался в документ № 29. Цитаты оттуда: Поэтому с середины декабря (1938) я доказывал с возрастающей энергией в своих беседах с влиятельными англичанами, что необходимо попытаться разрядить напряжённую обстановку на почве экономических вопросов: имеется много трений политического характера, но в экономических интересах обеих стран имеются элементы общности и совместного развития; кроме того, они стоят у нас на первом плане. ..... Когда я, в середине января (1939) , был по служебным делам в Берлине, .... ..... Когда я в конце февраля (1939) был на открытии выставки древнеяпонского искусства в Берлине, я заболел гриппом и не мог принять никакого участия в каких-либо мероприятиях, и лишь в последние два дня перед моим отъездом имел деловые совещания. ..... При своём возвращении в Англию 9 марта и до 15 марта я нашёл там всё то же оптимистическое настроение, которое там господствовало в феврале. .... 15-го стало известно о занятии Праги, а уже 19-го были отозваны послы обеих сторон. .... я также получил в субботу 18 марта указание прибыть в Берлин для доклада. В воскресенье я выехал и прибыл в Берлин в понедельник 20-го (марта). ..... Однако я не был вызван для доклада, а получил приглашение на банкет для почётных гостей фюрера и на выступление фюрера 28. IV. .... Когда я затем 2 мая получил указание вернуться на свой пост, .... 6 мая я снова прибыл в Лондон. .... В середине июля в англо-германских отношениях наступило некоторое успокоение. Итак, Дирксен в указанный период много времени провел в Германии: - в январе (возможно, с полмесяца), - с середины февраля до начала марта, - 19 марта опять уехал в Берлин и вернулся в Лондон лишь почти через 2 месяца (6 мая). Остаток мая - июнь - первая половина июля - в Англии велась некая антигерманская деятельность. Понятно, что если Дирксен был не в Лондоне, то откуда могут взяться его документы в Берлин? Могли быть некие личные письма, но мы вряд ли уже узнаем, были ли и если да, то почему их не добавили в сборник. Документы за период мая - начала июня - не знаю, что там могло оказаться более важное, если о тех процессах Дирксен рассказывает в своем "подробном отчете".

SVH: Закорецкий пишет: Понятно, что если Дирксен был не в Лондоне, то откуда могут взяться его документы в Берлин? Вот и интересно, где посол был во время ввода вермахта в Прагу. Рузвельт,между прочим, в ответ отозвал посла из Берлина. В это же время оформлялось,видимо, соглашение с Лондоном о передаче Гитлеру золотого запаса чехов. Литвинов забросал Лондон и Париж своими предложениями с целью остановить Гитлера. Самая горячая пора, а посла нету на рабочем месте...

marat: http://www.hrono.ru/dokum/193_dok/19390204dirk.php телеграмма 04.02.1939 г 4 февраля 1939 г. В своих вчерашних выступлениях лорд Галифакс и Хадсон ** снова подчеркнули то большое значение, которое английское правительство придает достижению взаимопонимания между Англией и Германией в экономических вопросах с точки зрения дальнейшего развития англо-германских отношений. Принимая во внимание этот факт, я был бы благодарен, если бы визит рейхсминистра экономики Функа можно было осуществить в ближайшее время. Если же невозможно дать согласие на февраль, то уже сейчас было бы желательно дать твердое обещание на какой-либо другой, более поздний срок, чтобы и далее активно содействовать начавшемуся обсуждению англо-германских экономических вопросов. Прошу указаний телеграфом. Дирксен

SVH: marat пишет: телеграмма 04.02.1939 г В архиве посла нету и этой телеграммы.



полная версия страницы